Анна Смирнова. Королева капризов

Эта история случилась в магазине игрушек, когда был выключен свет, закрыты двери и все продавцы разошлись по домам. Часы пробили полночь, и на полке что-то зашевелилось.

— Охо-хо, — раздался чей-то вздох, — все бока себе отле
жал.

Стоящие у витрины куклы потянулись.

— Вечно он чем-то недоволен, — проворчала самая краси
вая и дорогая кукла.

С полки спустился плюшевый мишка.

— Конечно, вам, куклам, не понять. Стоите себе целый день,
ничего у вас не болит. Все на вас смотрят, любуются.

— Неправда, — обиделась дорогая кукла, — у меня затекли
руки и ноги. Думаешь легко стоять часами и не шевелиться?


— Как же, часами, — поддержал мишку бегемотик, который
во время разговора будил своего друга слоника. — Вас постоян
но берут в руки, крутят, заводят, чтоб посмотреть как вы ходите...

— На нас давно уже не обращают внимания, — вздохнула
кукла. — Как только привезли ее. — Она кивнула на самую кра
сивую куклу.

— Не — «ее», а Кэтрин. Кэтрин меня зовут. Все слышали?

— Слышали, слышали, — пробурчал проснувшийся слоник.

— Даже будет лучше, если вы станете обращаться ко мне
«Ваше величество» или еще лучше «Ваше королевское величе
ство». Да, да, именно, «Ваше королевское величество, Кэтрин».

— Делать нам больше нечего, — зевнул слоник.

— То, что на тебе корона, еще не значит, что ты королева, —
сказал робот.

— А ты вообще помолчи, железка! — рассердилась кукла и
надула губки. — Эй, вы — обратилась она к игрушкам, — подай
те-ка машину! Я поеду в отдел одежды, посмотрю себе что-ни
будь из новой коллекции.

— Никуда я тебя не повезу, — сказала машинка.

— Нет, повезешь!

— Не повезу.

— Нет, повезешь! Повезешь! — кукла затопала ножками. К
машине подошел влюбленный в Кэтрин солдатик и шепотом по
просил: — Отвези ее, пожалуйста.

— Ни за что!

— Не упрямься, это же не трудно.

— А почему я должна ее везти? До отдела одежды — не
сколько шагов.

— Но она же просит.

— Не просит, а требует. Я не хочу потакать ее капризам.

— Сделай это ради меня. Я тебя почищу. Пожалуйста.

— Эй, солдат! Ты же знаешь, я не люблю, когда при мне
шепчутся. О чем вы разговариваете?

— Все хорошо, моя принцесса, можешь ехать, — сказал сол
датик и протянул кукле руку. — Позволь я помогу тебе сесть в
машину.

— Я не принцесса, — рассердилась кукла, но руку все-таки дала.

— Прости, королева.

— То-то же. Но я еще подумаю — простить или нет, — сказа
ла она, садясь в машину. — Поехали!

— Не понимаю, что он в ней нашел? — обратилась кукла к
своей подружке. — Что у нее есть, чего нет у нас?


— Многое, — вздохнула кукла. — Посмотри какие у нее кра
сивые волосы, какое платье, туфельки.



— И только? Разве это главное?

— Конечно, нет, — вмешался в разговор мишка. — Вы мне
нравитесь больше.

— И мне, — присоединился к разговору бегемотик. — С того
момента как Кэтрин появилась в магазине, только и слышно:
«Какая красивая! Какая красивая!» По мне, так она самая обыч
ная, только одета получше.

— Я запрещаю вам обсуждать Кэтрин, — сказал солдатик.
К нему подошел робот.

— Хоть я по ее словам «железка» и не умею чувствовать
так, как чувствуете вы, но даже мне кажется странным за что
можно любить эту капризную пустышку. Ведь она тобой просто
играет.

— А я и есть игрушка, — печально произнес солдатик.

— Мы все игрушки, — сказала кукла, — но только для лю
дей. Для игр мы и существуем, но между собой должны быть
равны. Кто ей дал право нами командовать и распоряжаться?

— Все равно, я не позволю вам говорить плохо о Кэтрин.

— Да кто она такая, чтобы о ней, вообще, говорить?! — воз
мутился бегемотик, не заметив подъехавшую машинку.

— Вот, значит, как! Пока меня нет, вы здесь заговор устраи
ваете?

— Не сердись, королева, — попытался успокоить ее солда
тик. — Мы просто разговариваем.

— Слышала я ваши разговоры. Ну-ка, закрой бегемота в ко
робке и спрячь подальше. Пусть его никогда не купят.

— Но Ваше величество, он не сделал ничего плохого, за что
же его так наказывать?

— Мне виднее.

— Я не могу, — сказал солдатик, — он мой друг.

— Мне все равно. Я так хочу. Выполняй!

— Ты этого не сделаешь! — закричали куклы. — Бегемотика
должны купить. Он целый год ждет, когда за ним придут.

— Это правда, — поддержал кукол солдатик. — Каждый из
нас мечтает быть кому-то нужным; хочет, что бы с ним играли,
купали, укладывали спать.

— Что?' Бунт?! Солдат, не ты ли хотел быть рыцарем моего
сердца? Зачем ты дарил мне цветы, духи, читал стихи, говорил о
любви?

— Я и сейчас готов...


— Так докажи свою любовь.
Солдатик подошел к бегемотику.

— Прости друг, но я должен это сделать.

— Ты предаешь нашу дружбу, но почему'?

— Пожалуйста, посиди немного в коробке, а когда Кэтрин
уснет, я тебя обязательно выпущу. Пойми, я влюблен и готов на
все, лишь бы ей было хорошо.



— Делая плохо другим? Она же никого не любит, а просто
использует.

— Солдат, мне еще долго ждать?! — крикнула Кэтрин.
Бегемотик залез в коробку.

— Это что же творится? — стали перешептываться игруш
ки. — Неужели никто за него не заступится?

— Кто же захочет иметь дело с солдатом? У него ружье и
сабля. Он из нас самый сильный, а помятые и продырявленные
его оружием, мы будем выброшены на свалку.

— Хватит шептаться! — закричала кукла. — Отныне у вас
будет другая жизнь. Ясно? Все должны слушаться только меня
и выполнять все, что я захочу и прикажу.

— Это почему же? — спросил робот.

— Потому что я — королева, а вы — мои подданные.

— Это кто ж так решил? — не унимался робот.

— Я. И все мои желания должны немедленно выполняться.

— Тогда я буду королем, — усмехнулся слоник.

— Очень смешно. Посмотри на себя в зеркало. Какой из тебя
король? То ли дело я: красива, умна. Все мной любуются и вос
хищаются. Еще ни один человек не прошел мимо...

— И ни один человек не захотел тебя купить, — добавил ро
бот.

— А тебя я, вообще, прикажу солдату сдать в металлолом.
Меня не покупают, потому что я слишком дорого стою. Думаю,
что скоро с меня снимут ценник и поставят при входе в магазин.
Я слишком красива, чтоб меня продавать, и создана для восхи
щения.

— Тогда тебе место в музее, — сказал слоник.

— Так, солдат, убери его тоже в коробку, а робота — на свал
ку. Они мне надоели. И этих кукол — туда же. И еще снеси в
подвал медведя. Он меня раздражает.

— Но, королева, невозможно убрать всех. За ними же при
дут завтра дети с родителями.

— Меня это интересует меньше всего. Когда я чего-то хочу,
ничего невозможного нет. Выполняй!


— Прости, Кэтрин, но я не могу.

— Нет, не прощу, — закричала кукла и расплакалась. Сол
датик растерялся.

— Пожалуйста, не плачь. Пойми, они — мои друзья. Даже
ради тебя я не могу их предать. Разве недостаточно одного бе-
гемотика?

Но Кэтрин уже не плакала, а рыдала. Она кричала, стучала ножками:

— Убери!!! Убери!!! Видеть их не хочу! И сам убирайся! Все!
Все убирайтесь!

Куклы пожали плечами.

— Что это с ней?

— Ой, — удивилась одна, — вы только посмотрите. Посмот
рите, что стало с нашей королевой. Как она изменилась. Види
мо, произошло какое-то колдовство. Куда исчезла ее красота?

Услышав эти слова, Кэтрин подбежала к зеркалу и, увидев свое отражение, бросила его на пол. Вместо привычной красоты в зеркале отразилось что-то страшное. На месте маленького аккуратненького носика торчало нечто огромное и красное, похожее на картофелину. Прежде большие синие глаза превратились в блеклые, еле заметные крупинки.

Кэтрин заплакала пуще прежнего.

— Это все из-за вас! — кричала она куклам. — Выгони их, сол
датик, выгони! Они с самого начала завидовали моей красоте.

Но чем больше Кэтрин кричала и плакала, тем менее красивым становилось ее лицо. Оно все покрылось пятнами. Длинные пушистые реснички слиплись, губы распухли, напоминая лягушачий рот. Прическа растрепалась и волосы спутались.

— Что вы с ней сделали! — гневно воскликнул солдатик. —
Она стала похожа на бабу Ягу. Видеть вас не хочу! Уходите прочь!

И впервые в жизни расплакался вместе с Кэтрин. Но игрушки не шевелились. Они были настолько удивлены, что ноги их не слушались.

— Смотрите, — сказал робот, — с солдатом происходит то
же, что и с Кэтрин. Он теряет свою силу, уменьшается и лицо
его становится очень неприятным.

— Что со мной?

Кэтрин взглянула на солдатика и отодвинулась.

— Я тебя боюсь, — всхлипывала она. — Ты никогда таким
не был.

Солдатик посмотрел в осколок разбитого стекла.

— Это не я!


— Я, кажется, догадался, что это за колдовство, — сказал
все это время молчавший плюшевый мишка. — И даже знаю
одно волшебное средство.

— Говори же его скорее, говори! — оживилась Кэтрин.
Но мишка о чем-то задумался.

— Не молчи! Я тебе приказываю! Какое средство?

— Тебе оно не понравится, — вздохнул мишка, — и скорее
всего не поможет. Солдату поможет, а тебе — нет.

— Как же такое может быть?! Я готова выпить любое лекар
ство, даже самое горькое. Столько, сколько понадобится. Лишь
бы вернуть прежнюю красоту.

— Ничего пить не надо. Это волшебное средство находится
в каждом из нас. Нужно только научиться им пользоваться.

— Так научи! Скоро откроется магазин. Как я покажусь детям?!

— Прежде всего, перестань плакать. Успокойся.

— Да говори же ты, наконец, не тяни!

— Если ты хочешь снова стать красивой, то тебе нужно за
быть о том, что ты королева.

— Это и есть волшебное средство?
-Да.

— Нет, я никогда не стану обычной куклой. Я хочу быть коро
левой. Я и есть королева!

— Я же предупреждал, что тебе не понравится мое средство.

— Хорошо, если это единственное, что может помочь, я —
больше не королева. Все довольны? — сказала Кэтрин и, бро
сив корону, побежала смотреться в зеркало.

— Ты обманул меня! Ничего не изменилось!

— Правильно, потому что не изменилась ты сама. Даже сняв
корону, ты продолжаешь чувствовать себя королевой.

Солдатик подошел к Кэтрин.

— Не переживай, — сказал он ей. — Я не знаю волшебного
средства, но кое-что для тебя сделать могу.

И достав гребешок, причесал Кэтрин волосы, уложив их в красивую прическу.

— Вы это видели? — спросил слоник. — Солдатик снова стал
высоким, сильным и лицо у него опять доброе.

— А почему мне ничего не помогает? — воскликнула Кэтрин.

— Тебе нужно пожалеть бегемотика и выпустить его из ко
робки, — подсказали куклы.

— Извинись перед ним, — попросил солдатик.

— Вот еще.

Кэтрин топнула ножкой.


Наступило утро. В магазин вошли продавцы и, увидев Кэтрин, переглянулись.

— Разве это наша кукла?

— Не знаю. Вчера ее здесь не было. Хотя в таком платье я
видела куклу, но другую, красивую.

— Странно. Получается, что ее подменили.

— Поставь ее в самый дальний угол, а на ее место — вот
этого солдатика. Смотри, какой интересный, как живой. Лицо
такое доброе.

За целый день никто из проходящих не обратил на Кэтрин внимания. После перерыва на обед, Кэтрин задумалась. О чем? Никто не знает. Думала она долго и ночью, когда магазин был закрыт, подошла к коробке.

— Прости меня, — сказала она выползающему бегемотику.

— За мной сегодня не приходили? — спросил он.

— Сегодня — нет, но когда-нибудь тебя обязательно купят.
Ты только верь.

— А где мишка, робот, куклы? — оглядываясь вокруг и нико
го не увидев, поинтересовался бегемотик.

— Их всех купили, — вздохнула кукла. — Остались только мы.

— Вдвоем?

— Нет, еще слоник и солдатик.

— А почему ты грустишь, королева?

— Я не королева, я обычная кукла.

— Что же случилось, пока я сидел в коробке? — удивился
бегемотик.

— То, что я навсегда останусь некрасивой. Мишку подарили
маленькому мальчику на день рождения, а кроме него никто не
знает волшебного средства.

— О чем ты говоришь?

— Это долгая история.

— Но ты же очень красивая, даже лучше, чем раньше. Что
произошло? Отчего ты так изменилась?

— Кэтрин, — улыбнулся солдатик, — твоя красота вернулась.
Помнишь, мишка говорил, что волшебство в нас самих. Нужно толь
ко научиться им пользоваться. Ты научилась, и чудо произошло.

— Ты разгадала самый главный секрет, — присоединился
слоник.

— Секрет? Какой?

— Что все можно решить без слез. Когда начинаешь требо
вать, кричать, рыдать, то теряешь красоту не только внешнюю,
но и внутреннюю.


— А что такое внутренняя красота?

— Это то, что чувствуют люди, и что их привлекает больше
всего. Когда рождается каприз, то теряется красота внутри тебя.
Сама ты этого не замечаешь, но все окружающие ощущают эти
изменения. И даже если ты получаешь то, что хотел, переста
ешь всем нравиться.

— Что же это за красота такая?

— Прежде всего — терпение.

— Мне его всегда не хватает.

— Не только тебе, многим. Но в отличие от них ты уже зна
ешь секрет, как оставаться красивой и всем нравиться.

— Спасибо тебе, слоник. Я всегда буду помнить этот секрет.
И когда мне чего-нибудь сильно захочется, я не буду кричать и
плакать, а стану терпеливо ждать, когда то, чего я хочу, сможет
исполниться.

— Кэтрин, — улыбнулся солдатик, — ты — прекрасна.

— Я перестала быть королевой капризов, — шепнула Кэт
рин слонику, — еще и потому, что не хочу, чтобы солдатик меня
разлюбил.

На следующий день, слоника, солдатика и куклу родители подарили своим детям, а в магазин поступила новая партия игрушек.


3422176044756061.html
3422240334976343.html
    PR.RU™